Семь раз отмерь, один раз… поверь

Одним из непререкаемых доказательств чего угодно сегодня принято считать репортаж непосредственных очевидцев с места события. А если есть видео — то доказательство превращается в Истину.

В принципе, всеобщая телефонизация — вещь полезная. Встроенные видеокамеры, действительно, дают уникальную возможность в случае необходимости осветить любое событие. Во всем мире народ завзято снимает на телефоны всё. В ходе Арабской весны практически каждый непосредственный участник внёс свой вклад в нарастание информационной свободы, пуляя в эфир тонны роликов о том и сём.

Поэтому если вы вдруг усомнитесь (допустим) в кровавости сирийского режима, вам немедленно предъявят миллион ссылок на ю-туб, где всё честно и беспристрастно (ну не может же врать изображение) видно своими собственными глазами.

Скажу как на духу — я очень скептически отношусь вообще ко всем таким доказательствам. Как про, так и контра. Дело вот в чём.

Информация — это весьма сложно устроенная система. В этой системе есть ряд жестко заданных элементов, вырывание одного из которых приводит к исчезновению самого понятия «информация». При том, что информация — это нечто нематериальное и невесомое, в процессе её создания, передачи и приёма есть масса сугубо материальных объектов, которые и могут при несоблюдении технологий существенно исказить — или даже извратить исходную информацию.

Вкратце эта система состоит из пяти элементов жестко заданной последовательности: носитель информации — система её кодирования — материальный носитель информации — система декодирования — приёмник информации.

Условно говоря, чтобы я понял, что меня просят сходить купить в магазине хлеб, должен быть а) человек, который такую просьбу выскажет. Б) Этот человек должен свою просьбу закодировать в некие символы — либо в слова, либо в буквы письма. В) Эти символы должны быть упакованы в материальный носитель — слова — в воздушные волны (если произносятся на близком расстоянии), в электромагнитные волны (если они сказаны по телефону), на бумагу — если написаны буквами, и так далее. Далее я — Г) приемник информации — должен буду Д) декодировать (расшифровать) эти символы с этого материального носителя.

То есть, если ветром унесло половину фразы — я не пойму сказанного. Часть материального носителя утрачена. Если мне напишут на бумажке иероглифами, а я в китайском ни петь, ни лаять, — то я опять не пойму, мне хлеба купить или к примеру, водки. Система декодирования не соответствует системе кодирования. Если источник информации слепоглухонемой, да еще и безграмотный — то он попросту не сумеет перенести свою информацию на доступный мне материальный носитель. И так далее. В общем, логика понятна.

Проблема заключается в том, что современный мир — информационный мир — внезапно предоставил миллионам и миллиардам людей техническую возможность выдавать в открытый доступ гигантские объёмы информации. И произошло то, что произошло, к примеру, со всеобщей автомобилизацией — средний уровень внезапно и резко просел. Выпускаемые по принципу «взлёт-посадка» миллионы автолюбителей немедленно увеличили хаос на дорогах. Плюс сами дороги и организация движения попросту не успевали за взрывным ростом численности машин.

Информационное пространство тоже получило свой энтропийный удар. Даже обезьяна способна нажать на кнопку и с интересом смотреть за мельканием на экране. Миллиарды людей, получив возможность информировать окружающих, не просто не имеют представления о технологиях изготовления и передачи информации, а не всегда даже банально грамотны.

Произошло то, что и должно было произойти — терабайты на жестких дисках завалены откровенным мусором, который не способен называться информацией именно потому, что один, два или несколько элементов стройной системы, которая позволяет назвать ЭТО информацией, искажены. Системы кодирования мало спрягаются с системами декодирования — скажем, если вы снимаете некое событие, вы должны уметь дать не только крупный план, но и панораму, привязать свой двадцатисекундный ролик к времени, месту и контексту съемки — причем сделать это так, чтобы даже китаец понял араба. Совершенно не зря есть такая профессия — оператор, которой, кстати, учат несколько лет. Есть профессия — редактор, задача которого — исключить неоднозначности, мешающие декодировать информацию. И ей тоже учат не один месяц.

Именно поэтому ю-туб завален роликами, в которых есть всё- мельтешение, кровища, трупы, жертвы и палачи. Есть герои и антигерои. Но нет главного — нет информации. Всё очень непонятно и недостоверно — ни время, ни место, ни контекст происходящего. Безграмотные тексты, которые закадрово сопровождают видеоряд, усугубляют хаос.

Вторая проблема заключается в том, что психологически люди еще помнят времена, когда изготовление информации было уделом профессионалов — и поэтому они подсознательно верят печатному слову или картинке на экране. А это уже не так. Профессионалов в интернете — еще меньше, чем профессиональных водителей на трассе. Соответственно, количество брака, мусора и откровенной лажи по сравнению с относительно качественно сделанным материалом просто чудовищное.

Именно поэтому я крайне скептически отношусь к массированным демонстрациям на любой чих всевозможных «видеосвидетельств». Даже если исключить манипулирование и злой умысел — все равно низкий профессиональный уровень источника информации заведомо превращает такие свидетельства в пыль. А ведь есть еще и откровенная ложь — когда улицы Багдада пятилетней давности чудесным образом выдаются за улицы Дамаска. Размахивающие иракским флагом с тремя звездами выдаются за сирийцев, чей флаг имеет две звезды — и так далее.

Если ролик нельзя однозначно идентифицировать по месту, времени и обстоятельствам — его ценность равна практически нулю. Несмотря на закадровые надписи и замогильные голоса, повествующие о каких-либо событиях. К сожалению, поколение «Дорожного патруля» и Ю-Туба не очень понимает эту простую истину.

— el_murid

Источник

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Одноклассники
Метки: ,

Комментарии запрещены.