Мы русские — какой восторг!

В последнее время стал очень популярным лозунг «Россия для русских», пышным цветом расцвели националистические партии и движения. Как бы мы ни пытались обходить национальный вопрос, от него никуда не денешься. Так что попробую высказаться на эту больную тему. 

Сперва скажу, что мои умозаключения – это исключительно мое субъективное мнение и никоим образом не претендует на истину в последней инстанции.

А начну с сюрприза.

Если современного человека, с его представлениями о мире, взять и перенести лет на триста назад в какую-нибудь Францию, то удивлению его не будет предела. Он обнаружит, неожиданно для себя, что во Франции есть саксонцы, бурбоны, гасконцы, нормандцы и еще куча всяких разных разнародностей. Нет только одной национальности – французов. Да, да, приходится современному человеку удивляться, но еще несколько столетий назад в мире не существовало такого понятия, как человек французской национальности. Лишь в XIX(!) веке появился такая национальность, как француз, более того, в это же время и был создан французский язык, которого все это время не было. Создали его путем убийства всех региональных языков – от бретонского до провансальского, слепив такую грубую национальную модель. Точно так же клеили и немцев.

Были народы, которые именовались по месту жительства или по каким-то еще признакам, но национальности, национальные особенности – изобретение относительно недавное.

Как такое получилось, сейчас расскажу, только сперва сразу отмечу, что и слово русские – никак не означает национальность, а кое-что другое.

Так откуда тогда возникла такая национальность, как русские? И главное, когда? И вообще, зачем были изобретены национальности?

Ответ на этот вопрос отправляет нас в далекое прошлое. Аккурат в эпоху появления первых государств. Дело в том, что человечество на основе горького опыта когда-то решило, что сообща делать что-либо гораздо лучше. Кто-то охотится, а кто-то в это время сажает хлеб, когда приходит другое племя, гораздо большее по размеру, то несколько маленьких, объединившись, могли дать отпор. И чем больше было объединение, тем эффективнее можно было действовать. Именно отсюда пошло государство. Когда подобные образования разрослись до значительных размеров, начались брожения, кто-то хотел делать то, чего его никто не просил, охотник начинал думать, что пусть охотятся за него другие, землепашцы решили, что проще украсть у другого, чем растить самому, – начиналась эпоха свободы. Тогда потребовалось создать некую систему ценностей, что-то такое, что было понятно и дорого всем, чем можно дорожить, чего можно бояться, то есть некий контур управления. Так появилась религия, объединяющая множество людей в единой системе. Все было замечательно, покуда не пришла эпоха Просвещения. Когда ученые доказали, что Бог с неба за нами не смотрит, что Божья кара – понятие выдуманное, а раз так, то все ценности религии типа ни убий, ни укради и пр. – вымышленные. А коли так, то можно их нарушать. Снова началось брожение и кризис государственного управления. Тогда пришлось формировать новые системы ценностей, новую религию эпохи Просвещения – ею стала идеология. Однако сама по себе идеология, лишенная религиозной основы, оказалась не совсем состоятельной и убедительной, ей нужна была подпорка, роль которой исполнило изобретение национальностей. Теперь можно было говорить, что вот мы испанцы и у нас вот такой-то менталитет, вот такие-то обычаи и прочее и прочее. У французов – свои, у итальянцев свои. Кроме того, принцип «разделяй и властвуй» никто не отменял, национальности и идеологии стали теми инструментами, которыми можно было вершить историю, стравливать народы, устраивать войны, и прочее и прочее.

А что в России? А в России появились русские и нерусские. Изначально на территории России проживали множественные славянские племена, до них еще кто-то, но мы пока об этом мало знаем. Так вот, жили у нас древляне, поляне, вятичи, кривичи и еще несколько десятков племен. При формировании Руси все эти племена вступали во взаимодействие, объединялись, сформировали определенные традиции и обычаи и назвались русскими.

И еще один момент, заметили, что русский – это имя прилагательное, а француз, немец, японец – исключительно существительные? Этот и есть тот бледный призрак исконного смысла слова русский. <..>

Русский – это не национальность, это признак чего-то или кого-то.

Люди поумнее это понимали. Так, еще Сталин говорил о себе – «Я русский человек, грузинской национальности».

Так все жили в тиши и мире все народы России вплоть до малочисленных племен, живущих в глубине тундры, были русскими. Потому что жили на этой земле, любили ее, берегли, защищали и трудились многие поколения. Тут были и мордва, чуваши, черемисы и прочие и прочие. И все они считали себя РУССКИМИ.

Именно это единство и обеспечивало прочность и неимоверную стойкость России в самые тяжелые времена. И беда пришла тогда, когда наши недруги этот стержень заметили и начали его ломать.

Первой, как всегда это бывает, стала интеллигенция, о которой я уже писал. Именно она, поддавшись на сторонние влияния и заграничную моду на национальности, родила опасную и катастрофическую по своим последствиям теорию деления Русских.

Стоило только начать. Сперва единый народ был поделен на великороссов, малороссов и белорусов. А дальше больше. Собственно русскими были объявлены великороссы, а остальные стали братским народами. Это как если жители Рязанской области объявят жителей Волгоградской братским народом. Глупость? Отнюдь, это уже бывало в нашей истории.

Ну а потом деление продолжилось и все пришло к теперешнему совершенно странному состоянию, когда в России есть собственно русские, а есть нерусские. За границей, где труды отечественных горе-мыслителей старательно замалчивались, восприятие России осталось прежним – там хоть чукча, хоть ингуш, хоть чуваш – все русские. И это правильно.

Русский – это не национальность. Это уникальное состояние духа и разума. Русским может стать кто угодно. Русские могут стать кем угодно и принять любого.

Вспомните, самый лучший Шерлок Холмс – наш, и это признали даже англичане, самые лучшие мушкетеры – тоже русские, и это также признано французами.

Любой человек, познавший Россию и ее особенности, становится русским.

Посмотрите вот это прекрасный репортаж:

Здесь совершенно разные люди из разных стран нашли что-то свое и родное. Чопорный француз, пускающий слезу под гимн России, африканец, который «работает по-черному, а живет по-белому», разве они не русские? Они достойны этого имени куда больше, чем толпа бритых подростков с наколками и свастиками, которые с чего-то решили, что они патриоты. Патриотизм – это любовь к своему народу, а не ненависть к другим. Второе именуется фашизмом и на борьбу с ним наши отцы и деды положили 26 миллионов жизней. Цифра просто чудовищная.

Русский – это то что объединяет всех нас. Без духовного и идейного единства не будет у России никакого возрождения. Национальный эгоизм нас погубит, а не спасет. И это нужно помнить.

С той же целью была создана украинская нация из русских, попавших на некоторое время под влияние поляков. Пример Украины в деле разделения единого народа просто хрестоматийный.

Великие страны строятся на великих идеях. США стали сверхдержавой, обращаясь к миру с идей свободы, которая понятна всем и привлекает каждого. И превратились в монстра, решив что миром может править сила и деньги. СССР стал великим на идее всеобщего равенства, государства без ущемления прав, без бедных и обездоленных. И погиб, когда верхушка предала эту идею. Поэтому когда националисты кричат о Великой России на основе русского и других народов, понимают ли они, что не будет никакого величия по той простой причине, что другим народам не понравится быть на вторых ролях. Россию спасет тот, кто заявит, что все в России русские, и убедит в этом националистов всех мастей — и «русских», и татарских, и чеченских.

По рассказам старожилов, когда Гагарин полетел в космос – из всех чеченских аулов повыбегали местные горцы и на радостях палили в воздух – они чувствовали себя Россией, ощущали себя ее частью и считали этот триумф своим.

Отсюда вывод: Россию может объединить только привлекательный образ будущего, который примут все, где не будет других народов. Где все будут в едином порыве работать и трудиться, презрев национальный эгоизм и став единым народом.

Национализм и его активизация – это признак упадка страны, кризис ее идеологии, и то немногое, что может уничтожить нашу империю, ибо я считаю и сегодняшнюю Россию Империей.

Если в России победит национализм, то мы станем такой небольшой маленькой национальной страной, а-ля Румыния, где национализм, как гангрена, будет уничтожать ее и дальше, не останавливаясь, – уже сейчас на наших просторах рождается нация сибиряков, что очень и очень опасно. Великая Россия и национализм вещи несовместимые, и об этом надо помнить.

Поэтому фразу «Россия для русских» я не признаю. Это тавтология, как бензобак для бензина. Все мы русские, только забыли об этом. Самое время вспоминать и выбросить на свалку истории эти дурацкие национальные распри. На национализме еще никто не стал Великим, а вот Империи он разрушает легко.

И как итог: я не отрицаю существование многих народов на территории России, скорее наоборот, только я твердо убежден, что все они имеют один общий признак — все они РУССКИЕ. А делить их на сорта – это гибельный путь.

— Евгений Друзин

Источник

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Одноклассники
Метки: , ,

Комментарии запрещены.